Yu.Ichihara
Элис сидела оперевшись плечом о белоснежную балконную дверь. Солнечный свет широкой полосой заливал часть кухни, словно разделяя её пополам. В квартире было тихо и пусто. Нельзя сказать что в ней ничего не было. Совсем наоборот. Пожалуй здесь было очень много вещей. Наверно гораздо больше чем могла бы вынести маленькая однокомнатная квартира. Они были повсюду. Большие, маленькие, аккуратно разложенные или хаотично разбросанные по квартире. Вот только людей здесь не было.
Элис сидела в уголке, куда не попадало солнце, держа в правой руке зажженную сигарету. Она сидела оперевшись спиной обо что-то гладкое и холодное. Наверно это был холодильник. Закрыв глаза и запрокинув голову Элис терпеливо ждала пока сигарета догорит до того момента, когда жар внутри обжигает пальцы и её можно будет затушить. Она не любила сигаретный дым и с отвращением поеживалась от привкуса табака, когда нужно было прикурить сигарету или вдохнуть пару раз, чтобы помочь ей быстрее догореть. Она не любила курить, да и не курила вовсе, так, поджигала и ждала когда можно было затушить. Просто чувствовала что так нужно, вот и делала. Наконец дождавшись и затушив сигарету, Элис поднялась с пола. Движение было слегка резким, и ноги немного болели. Ведь она просидела так почти четыре часа. Поднявшись и слегка покачиваясь, ища равновесие, она пошла в комнату. Стараясь не оборачиваться на балкон. Она знала что сейчас утро, но смотреть в окно не хотелось. Это что-то с родни порталу. Только вот куда, в прошлое или будущее? Время суток в нем стремительно менялось, вечер, ночь и снова утро. Если смотреть на него чуть дольше, все вокруг, там, по ту сторону балкона зальется уютным фиолетовым светом. Это иллюзия. Она знала это, просто знала.
Комната была просторной но какой-то неуютной. Холодной, как безликий гостиничный номер, не имеющий постоянного владельца. Это было место пережидания. Не смотря на то, что Джеймс жил здесь около года, создавалось ощущение жизни на чемоданах. Элис прошла в центр комнаты к белоснежной картонной люстре с бумажными бабочками свисающими на тонких нитках. Окно в комнате было всегда открыто и при порывах ветра, бабочки покачивались и шелестели бумажными крылышками. Девушка встала под люстрой и коснулась указательным пальцем одной из бабочек. Бабочка слегка покачнулась на длинной нитке.
Стены в комнате были почти пустыми. На них висела пара плакатов, но от этого они не становились более живыми и яркими.
Элис взяла со стола толстый черный маркер и начала вырисовывать на одной из стен контуры бабочек. Её воображение рисовало ей картины того как она рисует этих бабочек на белоснежной стене широкой кистью с черной краской. Легкими широкими изящными мазками. Как живопись в Китае. Цветом не заполняла. Так воздушные. И не смотря на то что рисунок получался контурным, для Элис он был более живым, чем если бы он был цветным. Ведь если залить его красками, бабочка получится лишь рисунком на стене, как если бы живую бабочку пригвоздили к стене. "Когда-нибудь они оживут. Я знаю. И смогут улететь в открытое окно на встречу яркому, залитому солнцем миру."
Закончив рисунок и немного подумав она огляделась. У противоположной стены стояло кресло. Элис посмотрела на него с некоторой неприязнью и печалью. Работать сегодня было не нужно и это радовало. Но что-то было не так в этой работе. Элис чувствовала это. Идеология в работе была, но она шла как-то шатко, валко и неуверенно. Где-то глубоко был запрятан подводный камень, найти который пока не удалось. Рядом на столе лежал черный ноутбук, с глянцевой чуть мерцающей на свету крышкой. При взгляде на него Элис слегка передернуло. Адская машина. От неё никогда не было ничего хорошего. Каждый раз при включении она погружала человека сидящего за ней в вереницу глубинных внутренних размышлений, создавая маленькое замкнутое пространство. И не важно что ты делаешь. Смотришь ли кино, слушаешь музыку, ведешь дневник, он оставляет человека наедине с самим собой. Поисковик открывает перед тобой огромный мир информации, но это лишь архивы информации. Общение в сети-в первую очередь это дистанция. Это не сближает людей. А слова... Они не передают настроения, не потому что не могут, а потому что с помощью слов можно передать лишь часть. Великое множество букв, огромные полотна... Одиночество в сети. Видеть человека, слышать его голос, улавливать малейшие колебания настроения в живую гораздо важнее. Элис не любила эту штуку. И если бы не работа, вероятно не пользовалась бы вообще.
Вернувшись на кухню она с беспокойством посмотрела на часы. Прошло уже пол дня, но так никто и не пришел. Девушка взяла в руки телефон. Посмотрев некоторое время на черный экран, положила обратно. Что-то не давало ей позвонить. Что она скажет? "Надеюсь с ними всё в порядке". Элис села обратно к холодильнику, в мало освещенный уголок. Там почему-то было уютно. Прядь длинных черных волос упала на лицо и застилала обзор. Проведя правой рукам по волосам, стараясь откинуть обратно непослушную прядь, взгляд девушки скользнул по запястью. Там виднелся какой-то размытый контурный рисунок. Присмотревшись, она увидела сердце, а под ним знак бесконечности, нарисованные чёрной гелиевой ручкой. Взяв с радиатора ручку, лежавшую на стопке разноцветных тонких тетрадок, Элис старательно обвела рисунок. Вот это было действительно важно. События последней недели немного подстерлись в её памяти, поэтому она не смогла вспомнить, когда именно был нарисован рисунок.Просто знала что это очень важно. Судя по довольно сильно въевшемуся в кожу следу от ручки, рисунок этот обводился каждый раз как стирался. В этом было что-то свое, особенное. Не в каждодневности процесса, а в том, что перерисовывалось от руки. Если бы данный рисунок был наколот, он был бы ровнее, но перерисовывая или обводя его, каждый раз, ты понимаешь что это действительно ценно, если ты продолжаешь его рисовать. Рисунок получился чуть неровным и несколько угловатым, но душевным. Элис не умела рисовать. Или умела когда-то... Да это не важно. Она все равно рисовала, по-своему, нелепо, но рисовала.
На полке она нашла несколько чистых альбомных листов и той же ручкой начала рисовать портрет. Она знала что рисует плохо, но это было не важно, ей хотелось чтобы частичка её всегда была с ней. Закончив рисунок через полтора часа, она прикрепила лист магнитом к холодильнику. Так было чуточку уютнее.
"Жаль у нас нет маленького фонтанчика с рыбками. Вода бы приятно журчала переливаясь по каменным ступенечкам фонтана, а в широкой его части плавали бы маленькие рыже-золотистые рыбки. Они бы не выпрыгивали из фонтана, потому что им было бы уютно в фонтанчике. Но когда кто-нибудь подходил, они бы подпрыгивали вверх, здороваясь с пришедшим. И в это мгновение их можно было бы погладить, слегка коснувшись подушечками пальцев."
Послышался щелчок замка. Джеймс вернулся.
- Я дома!
Это было не правильно, но Элис не хотелось отвечать. Джеймс исчез где-то в глубинах комнаты. Через некоторое время он осторожно прошел на кухню.
- Ты чего здесь сидишь?-с улыбкой спросил юноша.
- Просто сижу.- Ответила Элис, пожав плечами.
- Ну чего ты? Они скоро вернутся. Они ушли утром, мы не хотели тебя будить.
- Я знаю. Не беспокойся.
Джеймс прошел к холодильнику и Элис пришлось подвинуться. Взяв еду. он ушел в комнату. Джеймс был хорошим воспитанным юношей, но каким-то холодным.
- Почему на моей стене бабочки? Маркером по обоям? Ооо... Нам же квартиру сдавать. -послышалось из комнаты.
- Так уютнее. Они оживут. Я знаю.- спокойно ответила Элис.
Найдя на полке книжку с красочной обложкой, девушка пересела в другой угол, рядом с раковиной и принялась читать. Это были сказки. Драконы, пасхальные кролики...
Из коридора послышались шаги. Джеймс всегда ходил как безликая тень. Остановившись в дверях кухни он сказал:
- А что...- он заметил рисунок на холодильнике. Элис оторвалась от книги и заметив любопытствующий взгляд, поторопилась забрать рисунок. Сняв магнит, она осторожно вложила рисунок в книгу, закрыла её и убрала.
- Ну вот.- расстроенно произнес юноша.
Элис почувствовала что ждать оставалось совсем немного. Достала две чашки и принялась заваривать кофе. Один был немного пряным и более молочным, другой крепче и острее. Элис старалась приготовить все как можно лучше. Ведь скоро они вернутся и она снова увидит улыбки на их лицах. Звонкий смех рыжеволосой красавицы и теплый взгляд родных серо-голубых глаз.
"Я знаю, все обязательно будет хорошо".
ароматного кофе

@музыка: Elya Chavez / Эля Чавес – Непоседы

@темы: Элис